Как личная жизнь лишила меня общения с внучкой

Когда у меня наконец-то появилась личная жизнь, дочь назвала меня сумасшедшей и запретила видеться с внучкой.

Всю себя я отдавала сначала дочери, а потом — внучке. Но, кажется, они забыли, что у меня тоже есть право на счастье, не связанное только с ними. Я вышла замуж рано — в двадцать один. Мой муж, Игорь, был скромным, трудолюбивым человеком, настоящим работягой. Как-то ему предложили подработку — перевозку груза в другой город на пару недель.

Он не вернулся. До сих пор я не знаю, что с ним случилось. Просто мне однажды позвонили и сказали: «Игоря больше нет». Я осталась одна с двухлетней дочкой на руках. Родители мужа давно умерли, а мои жили далеко. Я не понимала, как нам выжить.

Хорошо хоть, после Игоря нам досталась его однокомнатная квартира. Без неё — не знаю, как бы справились. Я по образованию учительница, сначала пыталась давать частные уроки дома, но с маленькой ребёнком это было почти невозможно.

Я не могла устроиться на нормальную работу из-за Насти. Как оставить двухлетнего ребёнка одного? Мама приехала, увидела моё отчаяние — и забрала Настю к себе. Почти два года дочка жила у бабушки с дедушкой, а я работала без выходных. Преподавала в школе, подрабатывала, брала дополнительные уроки.

Каждые выходные я ездила к ней. Каждое расставание разрывало сердце. Потом была очередь в садик — боялась, что снова придётся сидеть на больничных, но, к счастью, Настя почти не болела. Мы снова стали жить вдвоём. Потом школа, потом университет.

Я выбивалась из сил, чтобы у неё были хорошие вещи — новые туфли, красивое платье, модный рюкзак. Работала на двух, а то и трёх работах. Когда Настя закончила учёбу и устроилась, я впервые вздохнула свободно. И тут же поняла: теперь я никому не нужна.

Я больше не хваталась за любую подработку. Здоровье уже не то, а из друзей — только кошка. Дочь иногда приезжала, но развлекать мать весь день её явно не радовало. Я чувствовала себя одинокой. Всё изменилось, когда родилась внучка Маша.

Перед её появлением я переехала к Насте и её мужу — Денису. Готовила, убирала, собирала сумку в роддом — всё на мне. Когда Настя вышла на работу, я полностью взяла на себя заботу о малышке. И не жаловалась — я снова чувствовала себя нужной.

В этом году Маша пошла в школу. Я забирала её после уроков, кормила, помогала с домашкой, водила в парк или на кружки. Там мы и познакомились с Николаем. Он тоже гулял с внуком. Разговорились. Николай овдовел, как и я, и теперь помогал дочери растить ребёнка.

Когда я узнала его, даже не думала ни о чём серьёзном. Ни разу после смерти мужа я не ходила ни на свидания, ни в кафе. Сначала — ребёнок, потом — работа. После рождения внучки я с гордостью называла себя бабушкой. Разве у бабушек бывает личная жизнь? Оказалось — бывает. Николай напомнил мне, что я ещё женщина.

Его первое сообщение с предложением встретиться без детей стало для меня шоком. С ним началась новая глава моей жизни. Мы ходили в кино, в театр, ездили на фестивали. Я снова почувствовала вкус жизни.

Но моя дочь восприняла это в штыки. Всё началось со звонка в субботу утром:

— Мам, мы сейчас приедем с Машей, посидишь с ней?
— Извини, родная, но у меня планы. Мы не в городе. В следующий раз скажи заранее — обязательно посижу.

Настя фыркнула и бросила трубку. В понедельник мы вернулись. Я была счастлива, полна энергии. Даже Маша заметила, как у меня горят глаза. Всё было спокойно до пятницы, пока не позвонила дочь:

— Нас пригласили друзья, оставлю Машу?
— Договаривались же — предупреждать заранее. У меня уже всё распланировано.
— Опять твой Николай тебя куда-то таскает?! Совсем мозги задурил! — закричала она.
— Настя, о чём ты? — попыталась я успокоить её.
— Ты забыла про Машу! Раньше говорила, что тебе ничего не нужно. А теперь что? Всё изменилось?
— Да! Я снова живая. Хотела бы, чтобы ты поняла меня — как женщина женщину.
— А Маша как должна тебя понять? Променяла её на какого-то деда?!
— Ты что несешь?! Я с ней почти всё время. Прости за слова — давай забудем.
— Я должна просить прощения? Ты совсем спятила. Больше не оставлю с тобой Машу. Сначала в себя придёшь — потом поговорим, — бросила Настя и отключилась.

Я разрыдалась. До боли, до дрожи. Всю жизнь я жила ради них. А когда моё время наконец пришло — меня просто вычеркнули. За то, что осмелилась быть счастливой.

Надеюсь, Настя остынет. Позвонит. Поймёт. Потому что я не представляю жизни без неё и без Маши.