Он отобрал котлеты и намекнул на похудение: страх остаться одной спустя шесть лет и троих детей

Он отобрал у меня две котлеты и заявил, что мне пора худеть. За шесть лет брака я подарила ему троих детей, а теперь боюсь остаться в одиночестве.

Мне тридцать шесть. За эти годы я стала матерью троих малышей: Ванюше — пять, Катеньке — три, а самому младшему, Серёже, всего полгода. Я всегда мечтала о большой семье, но не представляла, как это будет тяжело — физически, морально, во всех смыслах. Жизнь превратилась в бесконечную гонку, где я едва успеваю перевести дух.

С Владимиром мы познакомились, когда мне уже стукнуло тридцать. Все подруги давно были замужем, растили детишек, а я крутилась между работой и пустой квартирой. И вдруг он — статный, подтянутый, с обаянием лидера. Тогда он уже занимал высокий пост — руководил отделом в крупной фирме. Как такой мужчина вообще мог обратить внимание на меня?

О серьёзности его намерений я догадалась, когда он сам привёл меня знакомиться с матерью. Галина Петровна — женщина добрая, интеллигентная, сразу меня приняла. Она была в восторге и чуть ли не сама подтолкнула нас к свадьбе. Мы расписались быстро, почти без раздумий. А потом начались бесконечные декреты.

Сначала родился Ваня, и я ушла с работы. Потом — Катя, затем Сережа. Так я и не вернулась в профессию. Вся забота о детях на мне: старшие не ходят в сад, Ваня — на секциях, Катю я учу сама, а младший — постоянно на руках. Я люблю их всей душой, но чувствую, что во мне уже почти ничего не осталось — ни сил, ни самой себя.

Когда-то я весила 50 килограммов. Ходила в спортзал, бегала по утрам, следила за собой. Сейчас — 80. Мой день — это каша, пелёнки, уроки, борщ, уборка, вечерние капризы, и так по кругу. На спорт нет ни времени, ни энергии. А если вдруг решаюсь — тут же прибегают дети, цепляются, тянут, просятся на ручки.

Вова поначалу реагировал с улыбкой. Звал меня «булочкой», «моей пышкой». Но шутки постепенно смолкли. А потом и терпение кончилось.

В пятницу мы ужинали. Я положила себе три котлеты. Он взглянул, молча взял две и вернул на сковороду.

— Тебе пора худеть. Если я найду другую — будешь виновата сама, — бросил он равнодушно, даже не глядя в мою сторону.

Я онемела. Будто получила удар в самое сердце. Да, я изменилась. Да, я устала. Да, я уже не та, в кого он когда-то влюбился. Но разве это моя вина, что я отдала всё семье? Что не сплю ночами, потому что у одного температура, второй отказывается есть суп, а третий снова забыл тетрадь? Разве я не заслуживаю хотя бы капли понимания?

Я бы с радостью сходила на массаж, подкрасила корни, сделала маникюр. Но денег нет. Всё уходит на детей, кружки, еду, ипотеку, помощь свекрови. Владимир хорошо зарабатывает, но трат у нас немало. И конечно, он должен выглядеть безупречно — ведь он начальник. А я могу и в старом халате походить. Только вот своё отражение в зеркале узнаю всё реже. Платья жмут. Джинсы не застёгиваются. Всё кажется неуместным и чужим.

Иногда кажется, что я уже не женщина. А просто призрак. Кормящий, убирающий, стирающий, но не чувствующий, не смеющий мечтать. Лишь свекровь — единственная, кто ещё держит нас вместе. Она звонит, приходит, помогает с внуками. И я надеюсь, что она не даст ему уйти. Не позволит разрушить всё, ради чего я жила эти шесть лет.

Мне страшно: а вдруг однажды он просто соберёт вещи и исчезнет? Оставит меня с тремя детьми и пустотой внутри? Я не требую многого. Просто хочу, чтобы он вспомнил, за что полюбил меня. И разглядел: я всё та же. Просто… смертельно устала.