Ты разрушила нашу семью!” — кричит мать дочери-подростку

«Ты принесла проклятие в наш дом!» — прокричала мать, сверкая глазами, будто зимняя вьюга.

— Мама, ты вернулась! Теперь мы будем вместе? — девочка бросилась к ней, но Анна отстранилась, словно от чужака, её пальцы сжались в кулаки.

— Нет! Ты остаёшься у бабушки! — голос её был резок, как удар топора по льду.

Анна впервые за эти долгие два года приехала в тихий городок Сосногорск. Лицо её было бесстрастно, а взгляд — пуст, будто затянутый льдом пруд. Она оставила дочь на попечение бабушки, и теперь эта встреча разорвала хрупкую надежду девочки на материнскую ласку.

— Почему? — прошептала она, сжимая края платья, чтобы не расплакаться.

— Потому что с твоим рождением в наш дом вошла беда! Ты отняла у меня мужа! — слова Анны впились в сердце, как ледяные иглы.

***

Анна и Дмитрий знали друг друга с первого класса. Их любовь казалась нерушимой: гуляли по набережной, мечтали о будущем, не расставались ни на день. После университета они поженились. Дмитрий устроился на работу вахтовым методом, зарабатывал прилично, и вскоре они купили квартиру в Сосногорске. Когда Анна узнала, что ждёт ребёнка, Дмитрий не мог сдержать радости. Он окружил жену заботой, выбрал лучший роддом, сам красил стены в детской. Их жизнь казалась счастливой.

Но судьба оказалась безжалостной. Через неделю после родов Анна уже собиралась домой. Дмитрий, сияя, купил шарики, цветы и поехал за женой и дочкой. Но не доехал. Железный оскал аварии оборвал его жизнь. Врачи только развели руками. Анна осталась одна с младенцем на руках.

В палату вбежала подруга Лена, пытаясь отвлечь Анну нелепыми рассказами. Но правда настигла её дома. Свекровь, Ольга Петровна, рыдая, упала перед ней на колени. Анна, обезумев, ворвалась в детскую — ту самую, что так тщательно готовил Дмитрий. Она рвала шторы, швыряла игрушки, кричала, будто загнанный зверь. Её мир перестал существовать.

После похорон Анна не могла смотреть на дочь. Ольга Петровна взяла заботу о малышке на себя. Анна механически кормила её, пеленала, но в сердце её бушевала только тьма. Она винила дочь в смерти мужа — будто та была злым роком, а не ребёнком.

Однажды, когда Ольга Петровна пришла проведать внучку, Анна не выдержала.
— Это она во всём виновата! — закричала она, сжимая голову руками. — Она всё отняла!

— Анна, очнись! — молила свекровь. — Мы должны жить для неё!

Но слова не доходили. Анна ушла в свой холод, отгородившись от дочери, будто ледяной стеной.

Через два года Анна нашла работу. Ольга помогала, как могла, но вскоре Анну повысили, и она стала уезжать в командировки. Она попросила свекровь забрать девочку к себе. Та, обожая внучку, согласилась с радостью. Сначала Анна ещё приезжала, брала дочь на выходные, но потом визиты стали реже. А потом и вовсе прекратились.

Деньги на карту приходили исправно, но звонков — ни одного. Девочка, Вера, плакала, спрашивала про маму, но Ольга Петровна лишь вздыхала: «Она в разъездах, скоро вернётся». Однажды она сама пришла к Анне, но та захлопнула дверь, будто перед чумой.

Прошли годы. Анна появилась на день рождения Веры. Вошла, бросила на стол подарок, даже не глядя. Девочка вскочилась, глаза её загорелись.
— Мама! Ты останешься?

— Всё как было, — Анна отстранилась. — Ты никуда не поедешь.

— Почему? — голос Веры задрожал.

— Ты — проклятие. Ты убила отца, — прошипела Анна, и слова её повисли в воздухе, как ядовитый дым.

Ольга Петровна не выдержала:
— Анна, опомнись! Как ты можешь?

— Я вышла замуж, — Анна сказала это ровно, будто читала объявление. — И жду ребёнка. Я пришла отказаться от Веры.

— Ты предаёшь свою кровь? — свекровь схватилась за сердце.

— Я не могу её любить, — Анна повернулась к двери. — Прости.

Она ушла. Через неделю пришли документы об отказе. Вера осталась с бабушкой. Когда она спрашивала о матери, Ольга Петровна лишь молчала. Лишь спустя годы Вера узнала правду. Она больше не плакала. Сердце её, полное любви, стало куском льда.