Право быть измученным

Алексей вернулся домой за полночь. Не проронив ни слова, он скинул ботинки в прихожей, бросил куртку на вешалку и молча шагнул в ванную. Через пять минут он уже сидел на кухне, где перед ним дымилась тарелка с куриной лапшой и тушёной картошкой — коронное блюдо его жены Татьяны. Рядом стоял салат с крабовыми палочками. Он ткнул вилкой, поковырял салат, потом резко поднял голову.

— Скажи прямо… Где ты его взяла? — спросил он тихо, но так, что дрожь пробежала по спине.

Татьяна замерла, не успев налить чай. В её глазах вспыхнула тревога.

Они прожили вместе больше тридцати лет. Если бы Татьяну попросили оценить их брак по шкале от одного до ста, она бы твёрдо сказала: «Пятьдесят». Потому что было всё — и страсть, и раздражение, и радость, и усталость, и светлые дни, и чёрные полосы. Обычная жизнь. И Алексей — хоть упрямый, хоть с тяжёлым норовом — был хорошим человеком. Надёжным, работящим, не пьющим.

Всё пошло под откос прошлой весной, когда Татьяна слягла. Врач развёл руками: «Хроническая усталость, годами копилась». Алексей вёз её домой на такси — их «Жигули» давно стояли в гараже, все деньги уходили на кредит дочери — Олеси.

Олеся только вышла замуж, и свадьбу хотела «как у блогеров». И пусть платье выглядело странно, а торт оказался «как резина», по выражению Алексея, — родители терпели. Лишь бы дочь была счастлива.

После свадьбы молодые переехали в квартиру жениха, доставшеюся от бабушки, а Алексей с Татьяной продолжали выплачивать кредит, обходились старой техникой, разбитой машиной и вечной усталостью.

Татьяна преподавала французский и подрабатывала репетиторством. Алексей трудился слесарем на заводе. Он не признавал фастфуда — только домашняя еда! Горячая, свежая, с любовью приготовленная.

Татьяна не спорила, хотя после работы еле волочила ноги. Однажды не выдержала:

— Откуда мне взять силы на суп, гарнир, салат и компот? Я не печь!

Но Алексей в ответ рассказывал истории про свою бабку, которая и на ферме работала, и пятерых детей кормила, и в хоре пела.

Татьяна просто умирала от усталости. Однажды, забежав в новую кулинарию за хлебом, она увидела витрину с готовыми блюдами. И вдруг выдохнула:

— Дайте мне «Крабовый», полкило…

Дома на ужин ждали пельмени, пирожки… и тот самый салат.

— Ого, новинка! Вкусно, как будто сама сделала, — одобрил Алексей.

Татьяна промолчала. С тех пор это стало её маленькой тайной: если не успевала — покупала готовое. Домашнее, вкусное, чуть дороже — но зато хоть немного передохнуть.

Так бы всё и продолжалось, если бы не случай. На работе Алексей обедал вместе с практикантом. Тот ел котлеты с салатом, до боли знакомым.

— Откуда еда?

— Из кулинарии, рядом с проходной. Там вкуснее, чем дома! — засмеялся парень.

Алексей насторожился. Слишком много совпадений. И тогда в нём проснулось подозрение…

В тот вечер он молча ел, а потом задал роковой вопрос. Татьяна опустила глаза.

— Я… просто больше не могу. Думала, тебе всё равно, лишь бы не голодный…

Алексей встал. Подошёл. Обнял.

— Мне не всё равно. Но ты же живая, Тань. Ты имеешь право уставать.

Она всхлипнула. Он улыбнулся.

— Мир?

— Мир.

И в тот вечер вместо привычного ужина они заказали суши, включили старый «Иронию судьбы» и впервые за долгие годы почувствовали себя не супругами по привычке… а двумя людьми, которым важно быть вместе. И этого оказалось достаточно, чтобы всё изменить.