Мужчина между супругой и матерью: борьба за любовь

Я любила мужа, а он был привязан только к своей матери.

Мы с Леной дружили ещё со школы, а потом вместе поступили в университет в Нижнем Новгороде. История, которую я хочу рассказать, произошла с ней на четвёртом курсе, и до сих пор мне больно от той несправедливости, которая с ней случилась. Всё начиналось как мечта — внезапное наследство, шанс начать всё заново, переезд в столицу. Но закончилось всё предательством — самым гнусным, какое только может быть, когда обманывают свои же.

Её дядя по отцовской линии, Сергей Иванович, всю жизнь прожил в Санкт-Петербурге. Он с нуля построил своё дело, разбогател, но в личной жизни не сложилось. Не было у него ни жены, ни детей, и всю свою любовь он отдавал племяннице. Лена была для него как родная душа. Он баловал её подарками, звонил каждый выходной, спрашивал об учёбе. А потом его не стало. Тихо, одиноко в пустой квартире. Он долго болел, но никому не жаловался. О его смерти Лена узнала уже после похорон — её вызвали к нотариусу.

Оказалось, дядя оставил ей в наследство квартиру в самом центре Питера — просторную, с высокими потолками, свежим ремонтом. Отец Лены получил часть денег, а вот жильё было завещано именно ей. Казалось, перед ней открылись все дороги — Петербург, новые возможности, другая жизнь. Но была одна проблема: у Лены украинское гражданство, а значит, оформить наследство она не могла. У неё был всего год, чтобы что-то придумать.

Отец предложил временно оформить квартиру на её троюродную сестру, Свету. Та давно жила в Питере, вышла замуж за россиянина, родила дочку и получила гражданство. Света сразу согласилась помочь: мол, оформим на меня, а как только Лена решит вопросы с документами — вернём. Все поверили.

Лена перевелась в питерский вуз, поселилась в общаге и начала собирать бумаги для РВП. Всё шло неплохо — учёба, подработки, планы на будущее. А потом Света вдруг объявилась на пороге и сказала, что разводится и ей с ребёнком больше негде жить. «Ненадолго», — уверяла она. Лена не стала спорить, пустила. Тогда она ещё не понимала, что впускает в свою жизнь катастрофу.

Через пару месяцев Лена пришла к своей квартире. Её вещи лежали в пакетах в подъезде. Дверь не открывалась — замок поменяли. Она звонила, стучала, кричала. Никто не ответил. Вызвала полицию. Когда приехали, дверь открыла Света — спокойная, уверенная. Показала документы, и стражи порядка только развели руками. Всё по закону. Даже соседи подтвердили, что здесь давно живёт «Светочка с дочкой». Про Лену — ни слова.

Лена стояла в подъезде с сумками, по щекам текли слёзы. Я приехала за ней, посадила в такси и увезла. Она молчала всю дорогу, только сжала кулаки. Потом были суды, адвокаты, попытки что-то доказать. Без толку. Квартира, которая должна была стать её будущим, оказалась украденной. И не чужими, а своими.

Сейчас Лена снимает комнату. Работает на двух работах, копит на жильё. А Света, по слухам, снова вышла замуж. За того самого риелтора, который помог ей продать питерскую квартиру.

Вот так бывает: веришь, надеешься, доверяешь. А тебя — предают. И не враги, а родные. Кровные…