Из обычных овощей моя подруга творит кулинарные чудеса!

Когда-то жила в нашем городе женщина по имени Аграфена. Да не простая — руки золотые! Из простой картошки да кабачков такое чудо творила, что пальчики оближешь. А пироги её — за уши не оттянешь! Мясо румяное, с хрустцой — словами не передать.

Но речь не о том.

Аграфена была в теле — ну да, пышная, что скрывать. Но красавица! Кровь с молоком, щёчки, как спелые яблочки, бойкая, ни одышки, ни малейших жалоб на здоровье. Муж у неё был — Федот. Пятнадцать лет вместе прожили. И все эти пятнадцать лет Федот с каким-то странным упоением её за этот вес травил. То при людях, то наедине. То «коровушкой» назовёт, то «бегемотиком». Упадет ему случайно на ногу — орет: «Всё, Федота больше нет, кости переломаны!» Хвалит на каждом углу худышек-знакомых, да и просто любую, кому повезло родиться стройной.

Я пару раз вступалась, объясняла ему про обмен веществ, генетику — толку ноль. Аграфена же только улыбалась, да и сама над собой подшучивала. Но после рождения дочки Матрёны всё стало хуже. Дочка в мать пошла — кругленькая, румяная. И как только та в подростковый возраст вошла, Федот на неё переключился: «Чтож ты, как мамка, жрёшь? Красивой быть не хочешь? Вон, смотри, как другие девочки выглядят!»

Тут уж Аграфена опомнилась. Говорила с ним раз, другой — бесполезно. А потом… Взрыв. Мне потом пересказывали. Как-то в компании Федот опять начал своё: «Аграфена, да ты ж как переспелая тыква!» А она вдруг тихо так: «Знаешь что, Федот? Задолбал. Не нравлюсь — ищи другую. Хватит.»

Вызвала такси, уехала. Федот смеялся: «Да куда она денется? Остынет — вернётся». Друзья пытались втолковать, что перегнул, но кто его слушает?

Дома ни жены, ни дочки не было. Оказалось, к родителям уехали — у тех свой дом в другом районе. Школа далековато, но терпимо. А потом — бац! — заявление на развод. Федот в шоке: «Да ладно! Из-за шуток?! Да быть не может! Наверняка любовник есть!» Хотя тут же осекся: «Да кому такая толстуха сдалась…»

Как вы догадались, любовника не было. Просто терпение лопнуло. Работала Аграфена хорошо, денег хватало, родители помогли — и вот уже купила с дочкой двушку в новостройке, не дожидаясь раздела имущества. После раздела Федоту досталась однушка. Машину пришлось продать, алименты платить ещё три года. Зарплата у него маленькая, после вычетов — совсем тоска.

Но главное — он теперь друзьям жалуется: «Эта ведьма приучила меня к нормальной еде! Теперь полуфабрикаты жру, либо к мамке на ужин таскаюсь. Её курица мне снится! Её плов! Пироги её, рядышком, с разными начинками… Просыпаюсь — слёзы на подушке.»

Новую бабу нашел? Ну, нашёл. «Готовит какую-то бурду, есть невозможно. Ну да, худая… Но где в нашем возрасте моделей искать?» Молодую? «Да чё-то не сложилось. Зарплата маленькая, да и сам я уже не Аполлон — пузо, лысина, после лестницы — как паровоз дышу.»

Но обиднее всего — Аграфена взяла и похудела. Не радикально, но заметно. Друзья говорят, готовит теперь по-другому — больше овощей, меньше мяса. А сладкие пироги, оказывается, Федот сам больше требовал — обожал сладкое.

Недавно встретил её в магазине — язык отняло. Подошёл, говорит: «А ты… ничего такая стала. Давай попробуем заново?»

«На хрен», — ответила.

Обиделся, конечно. «Я же от чистого сердца! А она… Да если б не я, так бы и жила коровой! Неблагодарная!»

Ну и правильно.

Анфиса Голубцова.