«Я думала, что ты не вернёшься…» — история о возвращении

«Я думал, ты не придёшь…» — история одного возвращения

Когда Дмитрий вернулся с работы, он швырнул портфель в угол и, скинув ботинки, зашёл на кухню:

— Чем ужинаем? — привычно бросил он.

Пелагея даже не подняла головы.

— Ничем. Но это не главное. Сегодня я говорила с хозяйкой. Сказала, что съезжаем в конце месяца.

Дмитрий застыл.

— Что? Мы же не нашли новую квартиру.

— Зачем искать? — повернулась она с улыбкой. — Мы переезжаем… к твоей бывшей, Маргарите.

Он опустился на табурет, будто его оглушили.

— Ты в своём уме, Пелагея?

— Абсолютно. Ты сам говорил, что часть квартиры твоя. Сэкономим деньги, я уже нашла садик для Мишки рядом, да и магазины под боком.

Дмитрию стало трудно дышать. Он давно не был хозяином своей судьбы. Работа приносила копейки, стройку, на которую он надеялся, заморозили, и в кошельке гулял ветер.

С Пелагеей всё давно шло под откос. Она была моложе, капризна и любила шиковать. Раньше это казалось заманчивым. Теперь — выматывало душу.

Он долго колебался, но всё же набрал Маргарите.

— У нас проблемы. Нужно перекантоваться пару месяцев.

— Это и твоя квартипа, Дима. Конечно, приезжай, — ответила она ровно.

Когда они зашли, Пелагея окинула квартиру взглядом и брезгливо сморщилась:

— Мрачновато, — бросила она и прошлась по комнатам в сапогах. — Сойдёт.

Маргарита промолчала. Но когда дело дошло до кухни, твёрдо сказала:

— Уборка — по графику. Готовим сами. Холодильник — общий, но полки — подписаны.

Пелагея вспыхнула:

— Мы не в казарме живём!

— А мы вам не казарма, — спокойно парировала Маргарита.

Следующие недели стали адом. Пелагея цеплялась к Маргарите, намекала, что та лишняя. Но Маргарита стояла на своём. Дмитрий молчал, зная — во всём виноват он.

Однажды Маргарита объявила:

— Поеду к матери. Отдохну. Только, ради Бога, не превратите квартиру в свинарник.

Пелагея едва скрывала торжество. А наутро начала снова:

— Я заказала ремонт, выбрала обои, нужны деньги…

Дмитрий взорвался:

— Ты рехнулась?! Ничего не обсуждали. Я не дам ни рубля!

— А ты кто такой, чтобы решать? — огрызнулась она. — Ты уже не муж, а кошелёк, да и тот пустой.

Вечером она затолкала чемоданы.

— Мы с Мишкой уезжаем в Тулу. Захочешь нас вернуть — приезжай. И деньги привози.

Дмитрий молча достал карту и швырнул в сумку.

— С сыном буду видеться по выходным.

Когда дверь захлопнулась, он впервые за годы почувствовал, как дышится полной грудью. Подошёл к окну и долго смотрел на Москву-реку.

Через неделю вернулась Маргарита. Без шума, как всегда. Он услышал шум воды и рванул в ванную, забыв, что теперь в квартире не он один.

— Прости… — пробормотал он, увидев её.

Она прошла на кухню, а он, не оборачиваясь, сказал:

— Кажется, я всё ещё люблю тебя.

— А я, Дмитрий. Но назад пути нет. Только если сызнова.

— Я готов, — прошептал он.

— Готов он… — усмехнулась она. — Чую, опять мне тебя кормить. Ну что, голодный?

— Ещё как. С утра маковой росинки во рту не было.

— Тогда чисти картошку. У нас, между прочим, сами всё делают.

Вывод: иногда, чтобы обрести себя, нужно потерять всё. Но не факт, что тебя простят.