Как избавиться от неожиданных визитов свекрови: неожиданная месть

Как я отвадила свекровь от незваных визитов: месть, о которой она не догадывалась

Когда я вышла замуж за Дмитрия, думала, самое сложное позади — свадьба, переезд, привыкание к совместной жизни. Но оказалось, главное испытание нашего брака — вовсе не быт, не счета за коммуналку и даже не разница в характерах. Нет, всё это меркло по сравнению с его матерью — Галиной Петровной. Дамой, свято уверенной, что она — пуп земли и главный человек в жизни своего сына.

Сначала её визиты казались безобидными: забегала к нам в московскую квартиру «на пять минут» — то пирожков принести, то рассказывать, как соседка снизу опять кота на балкон выпустила. Но «пять минут» растягивались на полдня, а редкие визиты превратились в ежедневную обязательную программу. Я слышала звонок в дверь — и понимала: тишине конец, Галина Петровна явилась проверить, чем я дышу и почему шторы не такие, как у неё.

Она не грубила мне в лоб. Наоборот — осыпала комплиментами, особенно при гостях. «Ой, Светочка у нас какая хозяйка! Прямо золотые руки!» — восклицала она, а потом добавляла: «Правда, мой пирог с капустой всё равно воздушнее… ну да ладно, научится».

Но хуже всего было то, что она появлялась без предупреждения. Проснётся утром, махнёт на метро через пол-Москвы — и вот уже стоит на пороге. Частенько — ровно в тот момент, когда у нас гости. И тогда начинался театр одного актёра: то она вдруг хваталась за сердце, потому что я «невкусный» чай налила, то устраивала разбор, почему на кухне ложки лежат не в том ящике. Всё это — на глазах у моих подруг или родителей.

Апофеозом стал день, когда я пришла с работы, а Галина Петровна с важным видом демонстрировала, как «правильно» гладить мужские рубашки, предварительно вытащив все наши вещи из шкафа. Мне хотелось сквозь пол провалиться. Но я молчала — Дима запрещал спорить с матерью, уверяя, что она «просто заботится».

— Она же тебя любит! — твердил он. — Мама о тебе только хорошее говорит! Тебе ли обижаться?
— Хорошее?! — отвечала я. — Ты просто не слышишь, что она говорит, когда тебя нет рядом.

Мы с Димой прожили вместе всего год, но за это время я будто десять лет состарилась. Скандалы, усталость, раздражение. Я его любила, поэтому даже мыслей о разводе не допускала. Но терпеть дальше было невмоготу.

И тут случилось чудо: Галина Петровна влюбилась. В свои шестьдесят пять она познакомилась с вдовцом-пенсионером, и её визиты резко сократились. Стесняюсь признаться, но я ликовала. Правда, ненадолго.

Вскоре она объявила, что выходит замуж. Мои чувства были противоречивы: с одной стороны — облегчение, с другой — досада: вот она устраивает личную жизнь, а я до сих пор в своей же квартире хожу по струнке. И тогда меня осенило: раз она так любила врываться без спроса, я отвечу ей тем же.

В день, когда у неё дома был жених, я нанесла ответный визит. Галина Петровна открыла дверь, а я, не дожидаясь приглашения, прошла внутрь, будто так и надо.

— Ой, Галина Петровна, как у вас уютно! — защебетала я сладким голосом. — А шторки-то какие! Надо бы и мне такие. А это у вас новое средство для пола? Блестит — загляденье!

Я вела себя точь-в-точь как она: заходила в спальню без стука, заглядывала в кастрюли на плите, поправляла вазы на полках. И конечно, при женихе заявила:

— Как же я вас редко вижу! Надо бы почаще заходить, а то вы меня совсем забыли!

Я видела, как у неё дергается веко, а лицо постепенно краснеет. Жених смотрел на меня с недоумением, а я продолжала спектакль. Просидела у неё до вечера, а уходя, мило улыбнулась:

— До скорого, Галина Петровна! Вы же знаете, как я вас обожаю!

С тех пор она ни разу не пришла без звонка. Дима был в шоке, когда мать даже его приглашения стала отклонять. Я только плечами пожала:

— Может, наконец поняла, что у нас своя жизнь.

Иногда, чтобы до человека дошло, нужно просто дать ему попробовать его же собственное лекарство. И тогда, возможно, он почувствует, каково это — когда тебе его подносят.