Наследственный скандал: Мать вернулась через 20 лет и требует всё продать

Меня зовут Анастасия. В нашей семье всегда было больше горя, чем радости. В пять лет родители разошлись — мать ушла к другому, а вскоре снова вышла замуж. Отец же никогда не бросал меня: исправно платил алименты, брал на выходные в свой дом под Екатеринбургом. Его забота стала для меня опорой в те нелёгкие времена.

Позже отец женился на женщине по имени Галина, вдове с двумя детьми — Дмитрием и Ольгой. Мы быстро сдружились. Выезды к отцу превратились в праздник — там я чувствовала себя любимой и нужной. Возвращаться к матери не хотелось — в её доме царила совсем иная атмосфера.

От нового брака у матери родились двое — сын и дочь. С отчимом они открыли бизнес, но прогорели. Долги росли как грибы после дождя. Пришлось продать просторную трёшку в центре Екатеринбурга и ютиться в хрущёвке на окраине. Пятеро в двух комнатах — жить стало невыносимо.

Отчим запил. Мать пропадала на работе, а я, ещё ребёнок, таскала на себе младших. В конце концов я не выдержала — собрала вещи и уехала к отцу. Больше мы не виделись. Позже узнала, что брата и сестру забрали в детдом, а мать лишили прав. Отчим исчез без следа.

У отца я наконец задышала полной грудью. Галина и её мать, бабушка Нина, приняли меня как родную. Годы пролетели — вот мне уже 35. Я замужем, воспитываю двоих детей. Дмитрий и Ольга тоже обзавелись семьями. Мы стали настоящими родными — не по крови, а по духу.

Когда умерла бабушка Мария, мать моей матери, она оставила мне деревенский дом под Екатеринбургом. Через год не стало отца. Квартиру он завещал Дмитрию и Ольге, а мне — машину. Осталась ещё недостроенная дача. Решили не продавать, а достроить — чтобы собираться там всем вместе.

И тут, как гром среди ясного неба, объявилась она — моя мать. Двадцать лет молчания — и вот она на пороге, будто так и надо.

«Говорят, бабка тебе дом отписала, — начала без предисловий. — А от отца что досталось? У тебя же брат с сестрой! Где справедливость? Наследство общее — продавай и делим на троих».

Я остолбенела. Эта женщина, бросившая меня, теперь требует свою долю?

«Ничего делить не буду, — твёрдо сказала я. — Уходи».

Может, это жёстко, но я не чувствую вины. Она для меня чужая. Её дети от второго брака — тоже. Моя семья — это Дмитрий, Ольга, Галина. Они были рядом все эти годы, делили и радость, и беду.

Дачу мы достроили. Теперь это наше место силы — здесь мы собираемся с детьми, Дмитрием, Ольгой и Галиной. Смеёмся, вспоминаем отца и бабушку, строим планы. А мать? Пусть останется в прошлом — со своими обидами и претензиями. Я ей ничего не должна, и совесть моя чиста.