«Не приезжай на свадьбу: там только богатые» — дочь пожилому отцу, который растил её один

Иван Петрович всю жизнь посвятил единственной дочери, растил её один. Когда его жена умерла от инсульта, крошечная Катюша осталась с отцом. Ему тогда едва исполнилось тридцать, и с тех пор он забыл о себе. Все силы, все деньги, вся душа — всё отдавал дочке.

Жили они в старом доме под Рязанью. Денег вечно не хватало — Иван трудился на заводе, подрабатывал водителем, сторожил склады по ночам. Но ради Кати он не жалел себя. Иногда брал в долг, чтобы купить ей новое платье к празднику, иногда сутками голодал, лишь бы дочка пошла в школу в новых туфлях. А когда видел её счастливую улыбку, понимал — живёт не зря.

Особенно запомнились Новогодние утренники — Катя обожала их. В школе были конкурсы, хороводы, подарки. Иван делал невозможное, чтобы она не чувствовала себя хуже других. Однажды он отдал последние пятьсот рублей за бальное платье снегурочки, и в тот вечер его дочь сияла, словно настоящая принцесса. Она обнимала отца и шептала: «Ты у меня самый добрый на свете».

Шли годы. Катя окончила школу с золотой медалью и уехала в Петербург — поступать в университет. Всё шло, как мечталось: учёба, общежитие, подработки. Но жизнь в большом городе изменила её. Сначала — дорогой маникюр, брендовая одежда, потом — знакомства с «нужными» людьми. Появились дорогие рестораны, частные клубы. Отец продолжал слать деньги, звонил, просил приезжать, но Катя отвечала всё реже.

А однажды он получил сообщение. Без привета, без лишних слов: «Пап, пожалуйста, не приезжай на свадьбу. Там будут только люди с положением, а ты… ну, ты не впишешься». Вот и всё. Ни извинений, ни благодарности — только холодный отказ.

Иван Петрович перечитывал эти строки, и сердце ныло. Он отдал ей всю жизнь. Никогда не жаловался, не просил ничего взамен. Любил. А она… постеснялась его. Стыдилась отца, который, может, и не знает, как держать фужер «по-аристократически», зато носил её на руках, когда у неё горела голова от температуры.

Несмотря на боль, он сел на поези отправился в Петербург не для того, чтобы быть на свадьбе, а чтобы в последний раз посмотреть в глаза своей девочке.