Огненный сюрприз: как праздник чуть не закончился пожаром

Сюрприз с огоньком: как Витька чуть не угробил квартиру к 8 Марта

Мир в квартире Галины рухнул раньше, чем она успела открыть дверь. Подъезд пропах гарью, по ступенькам стекала мыльная пена, а воздух дрожал, будто предупреждая: «Не лезь, Галь, беги пока жива!» Но Галина – женщина стальная, директор завода, не из тех, кто отступает.

Швырнув дверью, она поставила на тумбу букет с корпоратива, сбросила каблуки, будто скидывая груз рабочего дня, и сунула ноги в тапки. Хотя, судя по потопу в прихожей, больше подошли бы сапоги-болотники. Внутри квартиры что-то гремело, шипело и дымилось. А в углу надрывно орал кот.

— Витька! Что за чертовщина?! — рявкнула она, пробираясь сквозь смрад горелого масла.

Муж вынырнул из глубины квартиры. В трусах и майке, босой, с лицом в саже и синяком под глазом, с полотенцем на голове, словно партизан после боя. Выглядел так, будто не ужин готовил, а из-под танка выбирался.

— Галочка… Думал, ты позже… Всё ж корпоратив, ты там главная… Обычно до ночи…

Галина, даже бровью не повёв, опустилась на табурет, закрыла глаза и сказала ровно:

— Отчитывайся. Только без «ласточка» и «не кипятись». Я кипятилась, когда в девяностых бандиты к офису подкатывали. Кипятилась, когда бизнес на ладан дышал. После этого меня ничем не прошибешь. Так что — давай, что натворил?

Витька сглотнул.
— Хотел сюрприз. Праздник. Ты ж у меня алмаз, заслужила… Решил убраться, постирать, курочку запечь, полы помыть…

— Курочку? — переспросила Галина.

— Не курочку… Стиралку. Она течь начала. Ну, не сразу. Сначала курицу в духовку, потом в ванну, потом стиралку. А там — кот.

— Кот живой?

— Ну… как бы да! — обиделся Витька. — Просто мокрый. И злой. Клянусь, когда машинку включал — его там не было. Он потом как-то… залез.

— В ЗАКРЫТУЮ машинку?!

— Ну, может, пролез…

Галина схватилась за голову.
— Ладно, дальше. Но сначала покажи кота. Хочу убедиться, что хоть он цел.

— Э-э… Он в гостиной. Там… привязан. Чтобы не носился. И сох быстрее.

— Лапы на месте?

— Все четыре. Только… обезврежены. Временно.

— И что дальше?

— Пошёл я бельё доставать, а от духовки воняет горелым. Открываю — курица в углях. Полил водой — пламя до потолка. Ресницы опалило. Тут кот завопил. Кинулся к стиралке — дверцу заклинило. А кот за стеклом глаза таращит, как бес. И орёт! А я — меж двух пожаров. Взял ломик. Вскрыл. Кот вылетел, и началось…

— Боже… — прошептала Галина.

— Он разбил три вазы, обоссал палас, порвал шторы, ободрал обои, опрокинул шампанское, соседи снизу грозились МЧС и бабкой-экзорцисткой вызвать. Я его поймал и привязал. Сушил. А тебе, Галя, сюрприз хотел…

Галина встала. Зашла в зал. Картина могла бы убить слабонервную, но не её. Кот — примотанный к батарее, с мордой, замотанной шарфом, дым, лужи, битые стёкла. Всё, как после бомбёжки. Витька пулей за ней:

— Он же вырывался! Я боялся, не простудится. И чтоб не орал — рот завязал. Но всё под контролем!

Галина освободила кота, вытерла его полотенцем с Витькиной головы, прижала к груди.

— Козёл ты, Витька. Он же задохнуться мог. Хотя после стиралки ему теперь хоть в топку лезь.

Сев с котом на диван, она глянула на мужа:

— Ну?

— Что «ну»? — вздохнул тот. — Вешаться сразу или после ужина?

— Поздравляй, дурак. Сегодня Восьмое марта.

Витька вспыхнул, рванул в комнату и через минуту вернулся, торжественно встав на колени перед женой.

— Галочка, свет моих очей. Двадцать лет вместе, а ты всё краше. Сильная, умная, терпеливая. С Женским днём тебя!

Он протянул коробку с кольцом и потрёпанный букет.

— Цветы были норм… пока кот… ну, ты в курсе…

Галина вдруг засмеялась, понюхала тюльпаны.
— И даже пахнут. И, о чудо — не палёным. Витьк, хватит подвигов. Просто цветы. Просто обнимешь. Просто не устраивай апокалипсис. Договорились?

— Хотел чтоб не как у всех. На работе тебе шедевры дарят, а я… чтоб от души. С огоньком. Вот и вышло…

— Вышло, — ухмыльнулась Галина. — С огоньком, с дымом и угрозой эвакуации. Пошли. Квартиру спасать. Соседям откупные нести. А то бабку-то вызовут. Хотя у неё, глядишь, такой же Витька сидит. Тоже «мастер».

Кот в этот момент зевнул, обвил хвостом Галинуну ногу и демонстративно чихнул в сторону Витьки. Праздник удался. На века.