Пустили пожить на год: невестка беременна, а выселить не можем

Полтора года назад наш единственный сын Дмитрий женился. Его избранницу — Надежду — мы приняли как родную. Казалась девушкой скромной, тихой, без лишних претензий. После свадьбы молодые переехали к нам — в нашу просторную трёхкомнатную квартиру в самом сердце Нижнего Новгорода. Жили мирно: мы работали, они тоже.

Но спустя несколько месяцев Надя начала осторожно намекать, что хочет отдельного жилья. Мол, молодым нужно своё гнёздышко, самостоятельность и всё такое. Мы не стали возражать. Как раз имелась свободная однушка, купленная когда-то под сдачу. Она приносила стабильный доход — эти деньги мы откладывали на старость, ибо на пенсию надежды нет.

Сидя на кухне за чаем, мы с мужем обсудили и решили: пусть живут там год, без оплаты. Условия озвучили чётко — ровно год, ни днём больше. Они тогда чуть не прыгали от радости. Клятвенно пообещали, что за этот год соберут на первый взнос по ипотеке. Детей пока не хотели — “пожить для себя”.

Мы радовались, что помогли. Молодые заселились и зажили на широкую ногу. Одежда — только из бутиков, питание — в кафе, отпуска — один за другим. Пару раз осторожно намекнули, что можно и копейку откладывать, но лишь слышали в ответ: “Мы ещё молодые, надо успеть насладиться жизнью!”

Год пролетел. Мы уже готовились вернуть квартиру в аренду. И вдруг — как гром среди ясного неба: Надя беременна. Да не на первых неделях — уже пятый месяц.

Я позвонила Диме, спросила, когда съезжают. Ответил невнятно: “Мам, ну ты же понимаешь… Надя в положении, ей стрессы вредны…” А сама Надя на следующий день явилась к нам с рыданиями:

“Вы что, на улицу нас с младенцем выгоняете?! Это же бессердечно! У вас совесть есть?”

Едва сдержалась:

“На какую улицу? У вас и наша квартира, и родительский дом Нади — у них трёхкомнатная! Почему не у них? Вы же взрослые люди. Год назад всё обсудили: квартира на год, и точка. Мы за это время потеряли больше трёхсот тысяч рублей — именно эти деньги хотели вам подарить на первый взнос. А вы всё спустили на наряды, рестораны и развлечения. И ещё смеете нас винить, что мы плохие родители?”

Поставила условие: ещё месяц — и выселяйтесь. Они кивнули. Прошло две недели. Ни шагу вперёд. Ни поисков жилья, ни разговоров. Только немой вопрос в глазах: “А вдруг передумают?”

Мы с мужем теперь не знаем, что делать. Сидим по вечерам, думаем, но выходит одно: сами виноваты, что сразу жёстко не поставили вопрос.

Сейчас злости нет — одна горечь. Сын ни словом не защитил нас, лишь молча поддерживает жену. Надя словно стороной меня обходит, будто я злейший враг. А ведь хотели как лучше… Помочь, поддержать, дать старт. А получили — вечную зависимость, обиды и упрёки.

И самое страшное — мы уже не уверены, что сможем вернуть квартиру. По закону — они там прописаны. По совести — гложет чувство вины. Имеем ли право выгонять их сейчас, когда Надя ждёт ребёнка?

Вот так доброта обернулась капканом. Пока мы молчим — они молча остаются. Но знаю: долго терпеть уже не получится.