Сериал, разрушивший нашу семью: ты ведь говорил, они другие

– Он же на меня ни капли не похож! – прокричал с экрана герой дешёвой мелодрамы. – Ты что, слепая? Он – твоя копия!

Игорь едва улыбнулся и посмотрел на жену. Это ведь она предложила провести вечер за чаем и сериалом. Если бы кто-то тогда сказал, что из-за этой “мыльной оперы” семья развалится, он бы лишь рассмеялся.

– А я его, между прочим, понимаю, – холодно заметил Игорь, не отводя взгляда от телевизора. – Мои сыновья тоже на меня не похожи. Ни один. Все четверо – вылитая ты. Может, и мне тест ДНК сделать?

– Очень забавно, – поморщилась Зоя. – Что ещё придумаешь?

– Я серьёзно. Мне всё рассказали. Я знаю, что дети – не мои.

– Что за бред?! Кто тебе такое сказал?!

– Один человек. Сослуживец. Просто взглянул на наше фото и спросил: “Ты уверен, что они твои?” И знаешь, я вдруг понял – нет. Не похожи. Ни внешностью, ни нравом.

Зоя побледнела. Сердце сжалось от боли, обиды и страха. Столько лет вместе. Сколько было всего – радости, трудности, больницы, сессии, роды. А он… Взглянул на снимок и поверил чужому.

– Ты правда думаешь, что я двадцать лет тебя обманывала? Что я способна подсунуть тебе чужих детей?! Ты в своём уме?!

– Хватит притворяться! Ты же сама видишь – они твои копии! А я для них кто – сват?

– Кто она? – внезапно спросила Зоя ледяным голосом. – Та, что вбила тебе это в голову?

– При чём тут женщины? Это мужчина! Сослуживец! Сам через такое прошёл.

– Конечно. А ты – как мальчишка. Первый же ветер – и унесло. Разводиться будешь?

– Буду, – тихо ответил он. – Сделаю тест. Если выяснится, что ни один не мой – всё. Пусть в графе “отец” будет прочерк.

Дети, узнав, что отец сомневается в их родстве, перестали с ним говорить. Старший, которому исполнилось восемнадцать, заявил, что больше не назовёт его отцом. А младший, пятилетний, только смотрел на него с недоумением и спрашивал: “Пап, ты что, злишься?”

Семья рушилась. Друзья, родные, сослуживцы были в шоке. Зоя металась в отчаянии, Игорь глушил все доводы упрямством. А причина? Девушка по имени Анфиса, новенькая на работе, молодая, честолюбивая, с ослепительной улыбкой и повадками хищницы.

– Не пойми превратно, – шептала она Игорю за чашкой чая. – Просто странно, что дети ничего от тебя не унаследовали. Ни черт лица, ни характера. А ведь так бывает…

Сначала он злился, потом сомневался. А потом поверил. И вот – суд, анализы, тесты. Четыре заключения: Игорь Соколов – отец. Биологический.

Анфиса рыдала, просила прощения, твердила, что это любовь. Что она не хотела зла. Игорь женился на ней через неделю после развода.

Но новой жизни не вышло. На работе – бойкот. Уволили быстро. Анфису тоже. Друзья отвернулись. Соседи плевались в его след. А вскоре Анфиса собрала вещи и ушла – “не выдержала обстановки”.

Он попытался вернуться. Постучал в знакомую дверь.

– Прости, – сказала Зоя, – ты нам больше не нужен. У нас всё хорошо.

И Игорь остался один. Без семьи. Без друзей. Без детей, на которых, как оказалось, был похож куда больше, чем думал.