Тайная вечеринка в доме: сын молчит о проделках невестки!

Невестка устроила дома вечный праздник, а сын молчит как рыба!

— Мой Витя позвонил, чуть ли не рыдая, — дрожит Надежда Петровна, сжимая телефон так, что костяшки побелели. — Просится к нам в Нижний Новгород, говорит, поработать надо. А дома — беда: жена каждый день гостей созывает, шум стоит, как на базаре! Дышать от злости не могла.

— Ну и что, пустила? — интересуется соседка, доливая в чашку крепкий чай.

— А куда деваться? — голос Надежды Петровны дрожит от горечи. — Тысячу раз твердила ему: разберись с женой! Всё впустую. Приехал ко мне измученный, худой, глаза впалые. Уткнулся в ноутбук и до утра не оторвался. Говорит, проект горит, начальство дышит в спину.

— А дома разве нельзя работать? Невестка не даёт?

— Да там не дом, а цыганский табор! — вздыхает женщина. — То её подруги нагрянут, то сестра с мужем. Галдят, песни орут, будто на свадьбе. Как тут хоть строчку написать?

Её сын, Виктор, — ведущий инженер. С Алиной они живут уже шесть лет. Сначала Надежда Петровна души в невестке не чаяла. Скромница, умница, с красным дипломом. А когда внучка Настенька родилась, и вовсе казалось — ангел с небес. «Какая хозяйка! Всё сверкает, ребёнок опрятный, Витя доволен. Рай да и только», — вспоминает она с тоской.

Виктор рос в должности, пока Алина сидела с ребёнком. За три года дослужился до начальника отдела, но с повышением пришли и бессонные ночи. А потом всё рухнуло. «Мой парень, всегда такой бодрый, будто пепелище, — шепчет Надежда Петровна, смахивая слезу. — Думала, на работе беда, ан нет — дома ад».

Как-то раз заглянула к ним без предупреждения, а там — пир на весь мир. У Алины полквартиры гостей, музыка ревёт, из кухни хохот несётся. Виктор заперся в спальне, вгрызается в ноутбук, а Настеньки и след простыл. Оказалось, отправила к родителям в Бор. Так теперь каждый вечер — то подружки, то корпоратив, то просто «почему бы не выпить». Виктор в этом шуме ни строчки не написал. «Прихожу — дом как после пожара. Как тут думать?» — жаловался он матери.

Надежда Петровна попыталась образумить невестку. Та отрезала: «Хватит с меня быть золушкой! Пять лет без права на усталость — пелёнки, кастрюли, мужик вечно на работе. Кто мне спасибо сказал? Никто! Теперь я живу для себя. Ребёнок у бабушки, счастлив. Если Вите не нравится — пусть скажет прямо!»

Виктор заметил перемены, как только Алина вышла из декрета. В будни — ангел во плоти, а в выходные — будто бес вселился. Он хотел бы пресечь эти гулянки, но боится: «Взорвётся — будет вообще катастрофа». А Надежда Петровна в отчаянии. «Сын у меня слишком добрый, не поставит её на место, — шепчет она. — А если не остановится? Вдруг в запой уйдёт? Кто тогда семью спасёт?»

Подруги спрашивают: «А её мать ничего не говорит?» Надежда Петровна лишь машет рукой: «Ей всё равно. Говорит, молодая, пусть повеселится. Внучка у неё, не пропадёт. А Витя терпит — значит, всё нормально».

Надежда Петровна в тупике. Видит, как сын тает на глазах, как семья трещит. Виктор не может работать, а Алина, кажется, и не собирается остепениться. «Так нельзя! — хлопает кулаком по столу свекровь. — Доведёт до развода — и Настя без отца останется!»

Как быть? Как помочь сыну, не разрушив брак? Сталкивались с таким? Делитесь — время на исходе.