Ты просто смотрела, как рушится мой брак: почему дочь винит меня?

Моя дочь Лада — ураган в человеческом обличии. Мы с мужем растили её в спокойной обстановке, в нашем доме под Нижним Новгородом никогда не было скандалов или громких ссор. Но Лада унаследовала нрав моей матери — горячий, как самовар после закипания, упрямый, как старый мерин. Бабушка всегда стояла на своём, обижалась из-за пустяков и не признавала чужих мнений. Лада, хоть и не застала её в живых, будто переняла её повадки через поколение. И это разрывало мне душу на части.

Лада не терпела ни малейших замечаний. Любые слова она пропускала мимо ушей, а то и вовсе встречала с яростным сопротивлением. Мы с мужем годами пытались направить её, но все наши усилия разбивались, как волны о скалу. Уже в садике она научилась виртуозно манипулировать, добиваясь своего с ангельским выражением лица. Она слышала только то, что хотела, а не то, что требовалось. Любое «нет» вызывало у неё слезы, крики, хлопанье дверями. Подростковый возраст стал для нас испытанием. Я боялась, что она свяжется с хулиганами, начнёт выпивать или, не приведи Господь, окажется в беде. Этого не случилось, но нервы она нам потрепала основательно.

Когда Лада окончила школу, она объявила, что теперь взрослая и уходит жить самостоятельно. Схватила сумку и с подругой сняла квартиру в центре. Учёбу забросила — деньги, мол, важнее диплома. Два года мы её почти не видели. Она редко звонила, никогда не приезжала. Я седела от тревоги, каждую ночь готовясь к худшему. Но потом что-то изменилось. Лада стала захаживать в гости по выходным, сначала редко, потом чаще. Мы пили чай с вареньем, избегали острых тем, и я надеялась, что буря наконец утихла.

Я пробовала учить её готовить, вести хозяйство, но она тут же взрывалась: «Отстань, я всё умею!» Вскоре выяснилось, что у Лады появился молодой человек — Степан. Спокойный, как река в безветрие, он умел обуздать её вспышки, превращая конфликты в шутку. Рядом с ним она казалась другой — умиротворённой, почти счастливой. Они поженились, и я вздохнула с облегчением: может, моя девочка остепенилась? Увы, иллюзии развеялись быстро.

Их семейное счастье продержалось недолго. Вскоре Лада вновь стала срываться. После каждой ссоры она прибегала к нам и оставалась ночевать. Зная её нрав, я молчала, лишь наблюдая со стороны. Однажды она поклялась, что больше не вернётся к мужу. Но через пару дней они мирились, будто ничего не произошло. Я держала язык за зубами, боясь нарушить этот хрупкий мир.

Но терпение Степана лопнуло. Вернувшись домой после очередной перепалки, Лада обнаружила записку: он ушёл, предложив развод. В тот день дочь кричала так, что, казалось, стены содрогнулись. Муж бросил, да ещё и на работе сократили. Две недели я ухаживала за ней, как за ребёнком: кормила с ложки, утешала по ночам, пытаясь отвлечь. Но однажды, зайдя к ней, увидела Ладу с чемоданом.

— Это ты во всём виновата! — набросилась она сразу.

— Здравствуй, доченька. Что случилось? — растерялась я.

— Ты видишь, как он меня мучает, и ничего не делаешь! Ты просто смотрела, как мой брак разваливается! — кричала она, и каждое слово било по сердцу, словно молотом.

— Ты сама всегда говорила, чтобы я не лезла! — попыталась я оправдаться.

— А ты попробовала хоть раз?! Ты даже не пыталась помочь! — её голос звенел, как разбитое стекло.

— Я не виновата в ваших ссорах! Вы взрослые люди, сами всё решили! — голос мой дрожал.

— Да, конечно, ты всегда белая и пушистая! Лучше бы я тогда не возвращалась! — выкрикнула она и выбежала, хлопнув дверью так, что звенели стекла.

Я стояла посередине комнаты, оглушённая. Все эти дни я ухаживала за ней, не вмешивалась, как она просила. Но теперь я — причина всех её бед. Моя девочка так и не повзрослела, всё равно ищет виноватых. Сердце болит отНо я всё равно буду ждать, когда она снова позвонит.