Загадочное зеркало, или примирение родных душ

**Старое зеркало, или как зять с тёщей подружились**

Вернулась я поздно. В квартире стояла непривычная тишина. Ни голоса мужа, ни привычного ворчания мамы.

— Мам? Денис? — позвала я, заглядывая в комнаты. Пусто.

«Муж, наверное, в гараже возится, — подумала я. — А мама?.. Неужели обиделась и уехала?»

Накинула куртку и вышла во двор. Из приоткрытых ворот гаража лился тёплый свет, слышался смех. Зайдя внутрь, я замерла.

Денис и мама, Валентина Степановна, увлечённо возились со старым зеркалом. Муж красил раму, а мама, повязав платок и засучив рукава, что-то оживлённо объясняла.

— Ты только посмотри, как дерево заиграло! — восхищалась Валентина Степановна. — Это же настоящий талант, Денис!

— Да бросьте, — отмахнулся он. — Так, баловство.

— Баловаться он собрался! — фыркнула мама. — Да это же настоящее ремесло!

Я присела на табурет, не веря своим глазам. Утром они чуть не перессорились насмерть…

А началось всё с того, что Валентина Степановна переехала к нам «временно» после закрытия пансионата, где жила последние годы.

— Мам, это всего на пару недель, — уговаривала я мужа. — Пока у них не ремонт закончат.

— Неделю, — мрачно пробурчал Денис. — А терпеть её буду я.

Он постоял, сжав кулаки, потом вдруг сдался:
— Может, снять ей квартиру? Как раз премию обещали…

— Ты что, с ума сошёл? — возмутилась я. — Чтобы потом всю жизнь выслушивать, как родная дочь мать на улицу выставила?

Звонок в дверь прервал спор. Мама, как всегда, приехала раньше, «чтобы всё проверить».

С порога начался осмотр:
— Света, родная, обои у вас совсем потускнели… А вешалка? Денис, ты б хоть гвозди подбил!

Денис молча ушёл в ванную.

За неделю мама переставила всю мебель, до блеска отдраила кухню, перемыла посуду и… добралась до документов мужа.

— Валентина Степановна! — рявкнул он, не найдя важные бумаги. — Где мои папки?

— Выкинула, — спокойно ответила мама. — Все помятые. В новые переложила. И по алфавиту разложила!

Денис хлопнул дверью и ушёл.

Я пыталась работать, но мысли крутились вокруг дома. Мама — упрямая, муж — несгибаемый… А между ними — я.

После смены сразу поехала домой. В квартире — ни души. Испугалась… Пока не услышала смех из гаража.

И вот сижу теперь, наблюдаю за ними: утром готовы были друг друга съесть, а теперь обсуждают лаки, смеются, будто старые приятели.

— Мам? — неуверенно позвала я.

— О, пришла! — мама сияла. — Посмотри, какие у Дениса золотые руки! А я-то ворчала, старая дура…

Она достала со стола тарелку с блинами:

— Вот, напекла. Мириться шла, а тут… открытие!

— Ты даже не представляешь! — загорелся Денис. — Твоя мама знает всё про реставрацию! Я голову ломал, чем обработать раму, а она — «льняным маслом пропитай», и вуаля!

— Мам? — уставилась я на неё. — Ты же всю жизнь в бухгалтерии работала…

— Хобби, — отмахнулась она.

— Да бросьте! — Денис достал резную шкатулку. — Ты только посмотри, как узор проступил! Я бы за месяц не додумался.

— У нас в деревне таких вещей полно, — оживился он. — Есть что посмотреть?

— Да ангар забит! — рассмеялась мама. — Комоды, зеркала, сундуки… Приезжайте — сами увидите!

— Вот и поедем! — обернулся он ко мне. — Света, летом махнём к маме! Представляешь, сколько всего можно восстановить?

Мама всплеснула руками:

— Правда? Приедете?

— Обязательно!

Уселись за стол, наскоро накрытый клеёнкой. На нём — стопка блинов, чайник, банка малинового варенья.

— Сейчас поедим — и покажу вам ещё один секрет, — подмигнула мама. — Есть идея, как раму оформить.

Я смотрела на них, таких разных и таких родных. И сердце сжалось: бывает же… Иногда счастье притаится в самом неожиданном месте — вот хоть в старом гараже, где пахнет краской и деревом, а тёща с зятем вдруг находят общий язык.