Тёща против зятя: «Приезжай только с внучкой!»

**Дневник. Непринятый зять.**

Каждая женщина надеется встретить настоящего мужчину, создать семью, родить детей и быть счастливой. Но жизнь — не сказка, и чем сильнее ты любишь, тем больнее падать.

Анфиса была уверена, что нашла свою судьбу. Ещё в школе она познакомилась с Димой — высоким, статным парнем с обаятельной улыбкой. Он сразу покорил её сердце. Прогулки до утра, трогательные письма, обещания… Через пару лет они стали парой.

Её мать, Людмила Сергеевна, сразу почувствовала что-то неладное. В Диме ей виделся бездельник, человек без цели. Но Анфиса не слушала: для неё он был идеалом. Она поступила в университет с высокими баллами, а Дима еле-еле пролез в колледж. Учёба шла туго, и вскоре он бросил её вовсе.

— Мам, ты просто не понимаешь! У нас настоящие чувства! — твердила Анфиса, закрывая уши на критику.

Когда Дима устроился консультантом в магазин техники, он считал это успехом. Денег хватало разве что на пиво да снеки, но его это устраивало. Людмилу Сергеевну — нет. Она пыталась достучаться до дочери, но тщетно.

Влюблённые сыграли скромную свадьбу. Жить пришлось в съёмной комнате в старом доме в Казани — тонкие стены, вечно шумные соседи. Анфису это не смущало: главное — быть рядом с любимым. Дима работал спустя рукава, а на просьбы помочь лишь отмахивался. Анфиса всё чаще просила денег у матери. Людмила Сергеевна помогала — продуктами, вещами, даже отдавала последние сбережения.

Каждая встреча с зятем вызывала в ней бурю. Он казался ей чужим, ненадёжным, несерьёзным. Мужчиной она его не видела.

Когда стало совсем тяжело, Анфиса попросилась пожить у матери пару месяцев — хотели накопить на свою квартиру. Людмила Сергеевна согласилась, но быстро пожалела: Дима целыми днями валялся на диване, а вся работа легла на дочь. Та училась, подрабатывала из дома — измученная, но всё равно оправдывала мужа.

— Просто у него сложный период… — твердила она.

Через три месяца Дима не вынес давления и уговорил Анфису вернуться в съёмную комнату. Там хоть и тесно, зато без нотаций. Мать вздохнула с облегчением, но боялась одного — чтобы дочь не забеременела.

Но судьба решила иначе. Диму уволили. Анфиса же, напротив, получила повышение и стала хорошо зарабатывать. И вскоре стало ясно — она ждёт ребёнка.

Людмила Сергеевна обрадовалась, узнав, что станет бабушкой. Но радость быстро прошла — зятя она так и не приняла. И когда Анфиса, устав от съёмного жилья, снова попросилась к матери, та выдвинула условие:

— Только ты и малышка. Диму не приводи. Даже на порог.

— Мама, он отец моего ребёнка! — вспыхнула Анфиса.
— А ты думала об этом, когда за него выходила? — холодно ответила мать. — Пусть сначала докажет, что он мужчина.

Анфиса металась. С одной стороны — усталость, новорождённая, отсутствие комфорта. С другой — гордость и обида. Она вернулась к мужу в ту самую тесную комнату, надеясь, что мать смягчится. Но Людмила Сергеевна осталась непреклонной.

Для неё Дима был чужаком, не тем, кого она хотела бы видеть рядом с дочерью и внучкой. Но что поделать? Сердцу не прикажешь. Материнское сердце болело, но решение она не изменила.

Время покажет, кто был прав. А пока две женщины — мать и дочь — учатся любить друг друга на расстоянии, принимая чужой выбор, даже если он не совпадает с их мечтами.

Стоило ли Людмиле Сергеевне проявить жёсткость? Или лучше было принять зятя ради дочери и внучки?